Как лечить эозинофильный бронхит — какие у него признаки и симптомы. Бронхиальная астма эозинофильная


Эозинофильная пневмония - причины, симптомы, диагностика и лечение

Эозинофильная пневмония

Эозинофильная пневмония – аллерго-воспалительное поражение легочной ткани, сопровождающееся образованием неустойчивых мигрирующих инфильтратов эозинофильной природы и развитием гиперэозинофилии. Заболевание обычно протекает с недомоганием, субфебрилитетом, небольшим сухим кашлем, иногда со скудной мокротой; при острой форме - с болью в груди, миалгией, развитием острой дыхательной недостаточности. Установить эозинофильную пневмонию позволяют данные рентгенографии и КТ легких, общего анализа крови, бронхоальвеолярного лаважа, аллергопроб, серодиагностики. Основу лечения составляют специфическая гипосенсибилизация и гормональная терапия.

Эозинофильная пневмония (эозинофильный «летучий» инфильтрат легкого) - респираторное заболевание, связанное с патологическим накоплением эозинофилов в альвеолах и повышением их уровня в крови и мокроте. Эозинофильная пневмония чаще диагностируется у населения и туристов в странах с тропическим климатом (Индонезии, Индии, Малайзии, тропической Африке, Ю. Америке). Эозинофильная пневмония протекает по типу долевой пневмонии или бронхопневмонии, затрагивает обычно верхние отделы легких. Отмечается очаговое или диффузное воспаление альвеол, интерстициальной ткани, сосудов, бронхиол с их обильной инфильтрацией эозинофилами. Типичен преходящий характер инфильтратов с полным регрессом без вторичных рубцовых и склеротических изменений тканей.

Выделяют 3 формы легочной эозинофилии - простую (пневмония Лёффлера), острую и хроническую (синдром Лера-Киндберга). На хронизацию процесса указывают длительное (>4 недель) сохранение и рецидивирование эозинофильных инфильтратов. Эозинофильной пневмонией одинаково часто болеют лица обоего пола, преимущественно в 16-40-летнем возрасте; хроническая форма чаще развивается у женщин, страдающих бронхиальной астмой.

Причины эозинофильной пневмонии

Эозинофильное поражение легочной ткани инициируют патогены инфекционно-аллергической и аллергической природы, вызывающие сенсибилизацию организма пациента. В качестве них могут выступать паразитарная (глистная) инвазия, грибковая инфекция, ингаляционные и лекарственные аллергены, профвредности.

В 1932 г Лёффлер впервые определил роль гельминтов в этиологии эозинофильной пневмонии, возникающей при транзиторном повреждении легочной ткани в процессе миграции личинок паразитов через легкие. К появлению пневмонии Лёффлера может привести практически любой гельминтоз - аскаридоз, стронгилоидоз, шистосомоз, анкилостоматоз, парагонимоз, токсокароз, трихинеллез и др. Довольно часто при легочной эозинофилии выявляются нематоды Toxocara cati и T. canis, аскариды собак и кошек. Личинки и яйца глистов могут попадать в ткань легких с током крови, взрослые паразиты (Paragonimus westermani) - через кишечную стенку, диафрагму и плевру, вызывая эозинофильное воспаление с образованием инфильтратов.

Эозинофильная пневмония может быть результатом аллергической реакции на прием медикаментов (пенициллина, ацетилсалициловой кислоты, сульфаниламидов, нитрофуранов, изониазида, гормональных и рентгенконтрастных препаратов, соединений золота), на контакт с химическими агентами на производстве (солями никеля). Атопическая сенсибилизация дыхательного тракта к спорам грибов (особенно, рода Aspergillus), цветочной пыльце (ландыша, лилии, липы) также способствует развитию эозинофильных легочных инфильтратов. Эозинофильная пневмония может быть проявлением сывороточной болезни, иметь связь с аллергией на туберкулин.

Развитие эозинофильной пневмонии опосредовано реакциями гиперчувствительности немедленного типа. Помимо гиперэозинофилии в крови пациентов часто выявляется повышенный уровень IgE (гипериммуноглобулинемия). За образование аллерго-воспалительных очагов в легочной ткани ответственны тучные клетки, активированные иммунными (IgE) и неиммунными (гистамином, системой комплемента) механизмами и продуцирующие медиаторы аллергии (главным образом, эозинофильный хемотаксический фактор анафилаксии). В ряде случаев эозинофильная пневмония развивается за счет выработки преципитирующих антител к антигенам (реакции по типу феномена Артюса).

Симптомы эозинофильной пневмонии

Клиническая картина эозинофильной пневмонии бывает весьма вариабельной. Аллергическое воспаление легких может иметь бессимптомное течение с отсутствием или очень скудной выраженностью жалоб и определяться только рентгенологическим и клинико-лабораторным методом. Часто пневмония Лёффлера протекает с минимальными проявлениями, манифестируя симптомами катарального ринофарингита. Больные ощущают легкое недомогание, слабость, повышение температуры до субфебрильной, небольшой кашель, чаще сухой, иногда с незначительной вязкой или кровянистой мокротой, болезненность в области трахеи. При массивном гематогенном распространении яиц и личинок глистов в организме присоединяется сыпь на коже, зуд, одышка с астматическим компонентом. Эозинофильная инфильтрация других органов сопровождается легкими, быстро исчезающими признаками их поражения – гепатомегалией, симптомами гастрита, панкреатита, энцефалита, моно- и полиневропатией.

Острая эозинофильная пневмония протекает тяжело, с интоксикацией, фебрилитетом, болью в груди, миалгией, быстрым (в течение 1-5 суток) развитием острой дыхательной недостаточности, респираторного дистресc-синдрома. Для хронической формы типично подострое течение с потливостью, потерей массы тела, нарастанием одышки, развитием плеврального выпота.

Эозинофильная пневмония обычно длится от нескольких дней до 2-4 недель. Выздоровление может наступать спонтанно. При хронической форме продолжительное существование инфильтратов и рецидивы способствуют постепенному прогрессированию заболевания, развитию легочного фиброза и дыхательной недостаточности.

Диагностика эозинофильной пневмонии

Диагностика эозинофильной пневмонии включает проведение рентгенографии и КТ легких, общего анализа крови, анализа кала на яйца глист, бронхоальвеолярного лаважа, аллергопроб, серологических (РП, РСК, ИФА) и клеточных тестов (реакции дегрануляции базофилов и тучных клеток). Пациенты с эозинофильной пневмонией, как правило, имеют предшествующий аллергологический анамнез. Аускультация определяет небольшое количество влажных мелкопузырчатых хрипов или крепитацию. При обширных инфильтратах заметно укорочение легочного звука при перкуссии.

При рентгенографии легких больных пневмонией Лёффлера видны субплеврально расположенные одиночные (реже множественные, двусторонние) нечеткие затемнения средней интенсивности неправильной формы размером до 3-4 см. В окружении инфильтрата легочный рисунок усилен, тень корня легкого слегка расширена. Характерна быстрая динамика инфильтратов с миграцией по легочным полям и исчезновением не позднее 1-2 недель после обнаружения (чаще через 1-3 дня) без остаточной рубцовой деформации. При длительно поддерживающемся инфильтративном воспалении в ткани легких могут образоваться фиброзные очаги и кистозные полости.

В периферической крови на начальной стадии заболевания регистрируется лейкоцитоз, гиперэозинофилия (10-25%), при хронизации процесса уровень эозинофилов близок к норме. Часто выявляется высокое содержание в крови IgE (до 1000 МЕ/мл). В анализе лаважной жидкости также появляются эозинофилы (при острой форме – до 40% и более) и кристаллы Шарко-Лейдена. Анализ кала, проводимый с учетом цикла развития паразитов, при некоторых гельминтозах позволяет обнаружить яйца глист. По данным биопсии в альвеолах и интерстиции определяются эозинофилы, лимфоциты и макрофаги, гранулемы, поражение мелких сосудов.

Этиологическая диагностика эозинофильной пневмонии включает провокационные назальные и ингаляционные тесты, кожные пробы с аллергенами пыльцы, гельминтов, спор грибов, серологические анализы. «Никелевая» эозинофильная пневмония обычно сочетается с аллергическим контактным дерматитом и подтверждается положительным компрессным (аппликационным) тестом с никелем.

Бронхиальную проходимость оценивают при проведении исследования ФВД, бронхомоторных тестов. Дифференцировать эозинофильную пневмонию необходимо с пневмониями бактериального и вирусного генеза, туберкулезом, синдромом Вайнгартена, альвеолитом, десквамативным интерстициальным фиброзом. При атопической отягощенности показана консультация аллерголога, при респираторном рините - отоларинголога.

Лечение эозинофильной пневмонии

Основным в лечении эозинофильной пневмонии является устранение действия этиологически значимого фактора: контакта с аллергенами (аэроаллергенами, лекарствами), проведение дегельминтизации. Назначаются антигистаминные препараты, противопаразитарные средства. Имеются случаи спонтанного выздоровления без фармакотерапии. В случае тяжелой глистной инвазии с обезвоживанием организма или невозможности полного изъятия аллергена из окружающей среды лечение проводится в стационаре, в отделении пульмонологии.

При острой форме эозинофильной пневмонии применяются глюкокортикоиды, на фоне которых происходит быстрая (в течение 48 часов) регрессия воспаления. Дозу ГК подбирают индивидуально и снижают постепенно во избежание обострения. В тяжелых случаях требуются ИВЛ, длительная гормональная терапия. При бронхообструкции показаны ингаляционные ГК, бета-адреномиметики. Для лучшего отхождения мокроты используются отхаркивающие средства, дыхательная гимнастика. Проводится лечение сопутствующей бронхиальной астмы.

Прогноз эозинофильной пневмонии в целом благоприятный, возможно самопроизвольное разрешение инфильтратов. Правильное лечение и наблюдение пульмонолога позволяет избежать хронизации процесса и рецидивов. Профилактика эозинофильной пневмонии сводится к мерам гигиены, предотвращающим заражение организма гельминтами, контролю за приемом медикаментов, ограничению контакта с аэроаллергенами, проведению специфической гипосенсибилизации. При необходимости рекомендуется смена места работы.

www.krasotaimedicina.ru

Легочные эозинофилии - Болезни пульмонологии

ссылки Легочные эозинофилии характеризуются образованием инфильтратов в легких при наличии гиперэозинофилии периферической крови (более 1,5-109/л). Нередко инфильтративным изменениям сопутствуют бронхиальная астма, иногда плевральный выпот с высоким содержанием эозинофилов в экссудате. В исходе длительно текущей легочной эозинофилии развивается фиброз.

Этиология и патогенез легочных эозинофилий

Легочные эозинофилии по этиологии можно разделить на 2 большие группы:I. Легочные эозинофилии известной этиологии:1) лекарственные;2) паразитарные;3) опухолевые;4) аллергический бронхолегочный аспергиллез.II. Легочные эозинофилии неизвестной этиологии:1) гиперэозинофильная бронхиальная астма;2) астматический вариант узелкового периартериита;3) эозинофильный васкулит, или идиопатический гиперэозинофильный синдром.Ацидофильные гранулоциты (эозинофилы) активно участвуют в реакциях ГНТ и выполняют защитную функцию по отношению к паразитам. При ГНТ эозинофилы подавляют действие медиаторов лаброцитов (тучных клеток) с помощью простагландинов E1 и Е2, фагоцитируют их гранулы, инактивируют гепарин и гистамин с помощью большого основного белка. Миграция эозинофилов осуществляется под влиянием лимфокинов, выделяемых Т-лимфоцитами, и хемотаксического фактора тучных клеток, высвобождающегося при образовании комплексов иммуноглобулинов Е и G с антигеном на поверхности тучных клеток.Причиной гиперэозинофилии при многих заболеваниях является персистенция реакций ГНТ. Цитотоксичекое действие эозинофилов при инвазии гельминтов объясняется выделением пероксидазы и большого основного белка при взаимодействии их рецепторов с СЗЬ и Fc-фрагментом иммуноглобулинов G, фиксированных на поверхности гельминта.Дегрануляция эозинофилов, инфильтрирующих различные ткани, сопровождается выделением различных ферментов и белков, которые оказывают повреждающее действие на клетки и стимулируют развитие фиброза.

Клиника легочных эозинофилий

При эозинофильных инфильтратах в легких клиническая симптоматика скудная. Больные жалуются на кашель, затруднение дыхания, умеренную одышку, повышение температуры тела. При рентгенографии в легких обнаруживают округлые инфильтраты с достаточно четкими контурами различной локализации. Особенностями их являются летучий характер и быстрая обратимость. В крови число эозинофилов составляет 30-80 % при лейкоцитозе 15-20-109/л. При идиопатическом гиперэозинофильном синдроме известны случаи лейкоцитоза, достигавшего 50-100 • 109/л.Если в инфильтратах, помимо эозинофилов, имеется большое число других клеток - нейтрофилов, лимфоцитов, лаброцитов и т. д. (эозинофильная пневмония), то симптомы более выражены и мало отличаются от таковых при бактериальной пневмонии - высокая лихорадка, кашель с мокротой, одышка, влажные звонкие хрипы в легких. Большое число эозинофилов обнаруживают не только в крови, но и мокроте. При сохранении гиперэозинофилии инфильтраты могут рецидивировать. Обострения заболевания нередко провоцируются приемом лекарственных веществ или контактом с другими антигенами.При гиперэозинофилии часто наблюдается бронхоспастическНй синдром, который, вероятнее всего, обусловлен не действием эозинофилов на стенку бронха, а реакциями ГНТ, лежащими в основе заболевания. Бронхиальная астма обычно выступает на первый план в клинической картине поражения легких, прогрессирование ее, сопровождающееся нарастанием числа эозинофилов в крови, могут вызвать антибактериальная терапия, прием витаминов группы В и т. д.В этиологии плевральных эозинофилий наибольший удельный вес имеют злокачественные новообразования (рак легкого, мезотелиома плевры, опухоли другой локализации). Повышение числа эозинофилов в экссудате (более 10 %) встречается и при плевритах другой этиологии (туберкулезной, бактериальной, травматической) и не всегда сочетается с эозинофилией периферической крови.Помимо кожного зуда и крапивницы, лихорадки, болей в суставах и мышцах и других проявлений анафилаксии, при длительном течении гиперэозинофилии развивается поражение внутренних органов, обусловленное инфильтрацией их эозинофилами. У 70-95 % больных в процесс вовлекается сердце. В исходе эозинофильного эндомиокардита развивается поражение сердца рестрнктивного или дилатационного типа. В первом случае происходят резкое утолщение и уплотнение эндокарда и уменьшение размера полости левого желудочка. Сердечная недостаточность у таких больных обусловлена резким нарушением диастолической функции левого желудочка, в то время как сократительная функция его снижена умеренно. Клинические и эхокардиографические изменения во втором случае не отличаются от таковых при дилатационной кардиомиопатии, хотя изменения сократимости менее значительны. При эхокардиографии обнаруживают резкую дилатацию камер сердца, снижение фракции выброса. Помимо поражения эндокарда и миокарда может наблюдаться выпот в полость перикарда.Ранним симптомом эозинофильной инфильтрации внутренних органов может быть увеличение печени и селезенки. Встречается также эозинофильный гастроэнтерит, сопровождающийся диспепсией, а иногда синдромом мальабсорбции. Реже при гиперэозинофилии поражаются нервная система, почки.

Диагноз и дифференциальный диагноз легочных эозинофилий

Диагноз легочной эозинофилии основывается на характерных клинико-рентгенологических данных и обнаружении эозинофилии крови более 1,5-10®/л. Установить этиологию легочной эозинофилии значительно труднее. Следует учитывать, что большинство симптомов, наблюдающихся при высокой эозинофилии любого происхождения, неспецифичны и обусловлены реакциями ГНТ (крапивница, кожный зуд, бронхоспастический синдром и т. п.) или эозинофильной инфильтрацией органов и тканей (поражение сердца, эозинофильный гастроэнтерит, увеличение печени и селезенки).

Лекарственная эозинофилия

Легочная эозинофилия может быть вызвана приемом любых лекарственных средств, чаще всего антибиотиков (особенно пенициллина), сульфаниламидов, нитрофуранов, витаминов группы В. Эозинофильные инфильтраты появляются через несколько часов после перорального приема препарата или парентерального его введения и быстро исчезают после его отмены спонтанно или при проведении короткого курса лечения глюкокортикоидами. В ряде случаев лекарственные препараты, как и паразитарная инфекция, оказываются «пусковым» фактором развития системного заболевания, в частности узелкового периартериита, хроническое течение которого в дальнейшем обусловливают персистирующие реакции ГНТ. Выявление лекарственной этиологии легочной эозинофилии основывается прежде всего на анамнестических данных.

Паразитарные инфекции

Паразитарные гиперэозинофилии среди всех случаев высокой эозинофилии крови составляют около 25 %. Причинами ее могут быть аскаридоз, стронгилоидоз, фасциолез, трихинеллез, описторхоз, лямблиоз, токсокароз. Так называемую «тропическую эозинофилию», при которой число эозинофилов в крови достигает нескольких десятков тысяч, вызывает филяриоз. При обследовании больных с легочной эозинофилией следует учитывать эпидемиологические данные в месте их недавнего проживания, всем больным показаны исследование кала для выявления яиц гельминтов, а также проведение серологических реакций.

Опухоли

Гиперэозинофилия при злокачественных опухолях отмечается очень часто, однако диагностическая значимость этого показателя очень велика, так как гиперэозинофилия может быть ранним симптомом начальной стадии опухоли. Реактивные эозинофилии при опухолях могут иметь прямой (выделение клетками некоторых опухолей хемотаксического фактора) или опосредованный через иммунную систему механизм развития. Гиперэозинофилия встречается при остром лейкозе, хроническом миелолейкозе, лимфогранулематозе, раке желудка, почки, щитовидной железы и других локализаций. При миелолейкозе она, по-видимому, не всегда является реактивной, так как имеются данные о вовлечении эозинофильного ростка костного мозга в лейкозный клон. Вопрос о существовании эозинофильного лейкоза остается спорным. Для ранней диагностики заболевания крови у больного с гиперэозинофилией целесообразно проводить стернальную пункцию или трепанобиопсию, при необходимости - определение филадельфийской хромосомы. Подозревать болезнь крови следует в первую очередь при высоком уровне эозинофилии, наличии в крови молодых клеток, признаков подавления других ростков костного мозга.

Аллергический бронхолегочный аспергиллез

Аллергический бронхолегочный аспергиллез в некоторых странах (Великобритания и др.) считают одной из основных причин легочной эозинофилии. Для заболевания характерно сочетание астмы с эпизодами лихорадки, преходящими эозинофильными инфильтратами в легких. У большинства больных образуются бронхоэктазы в прикорневой области. В 75 % случаев рост колоний аспергиллы может быть обнаружен при посеве мокроты. Для подтверждения диагноза используют реакции преципитации, а также кожные пробы, которые малоинформативны при отсутствии признаков активности заболевания.

Бронхиальная астма

Бронхиальная астма обычно сопровождается небольшой эозинофилией. Преходящее повышение числа эозинофилов до высоких цифр может быть обусловлено приемом лекарственных препаратов. Длительно текущая гиперэозинофильная бронхиальная астма нередко является предстадией узелкового периартериита.Астматический вариант узелкового периартериита. Заболевание чаще встречается у женщин и характеризуется наличием бронхиальной астмы с тяжелым течением, высокой лихорадкой и гиперэозинофилией. Как и при классическом варианте узелкового периартериита, наблюдается поражение почек с высокой артериальной гипертензией, абдоминальный синдром, типичный полиневрит, коронариит. Астматический вариант узелкового периартериита по сути дела представляет собой сочетание гиперэозинофильной бронхиальной астмы с другими висцеральными проявлениями васкулита,

Эозинофильный васкулит (идиопатический гиперэозинофильный синдром)

Этот термин объединяет все многообразные проявления длительной гиперэозинофилии (более 6 мес) неизвестной этиологии, в том числе «хроническую эозинофильную пневмонию», «пристеночный фибропластический эндокардит Леффлера», которые во многих руководствах описываются как самостоятельные нозологические формы. В отличие от узелкового периартериита при эозинофильном васкулите морфологические признаки поражения сосудов менее выражены, а в органах и тканях преобладают явления эозинофильной инфильтрации и ее последствий. Заболевание имеет хроническое течение. Распространенность и выраженность висцеральных поражений при гиперэозинофильном синдроме определяется прежде всего длительностью сохранения высокого числа эозинофилов в крови. Как и при других гиперэозинофилиях, могут наблюдаться поражения легких, сердца, желудочно-кишечного тракта, печени, селезенки. Диагностировать идиопатический гиперэозинофильный синдром следует только после Тщательного обследования больного, направленного на выявление возможных причин реактивной эозинофилии. Причиной гиперэозинофилии могут быть и некоторые другие заболевания, в том числе ревматоидный артрит, пернициозная анемия, первичный склерозирующий холангит, саркоидоз. Удельный вес их в структуре этиологии легочных эозиносЬилий невелик.

Пульмонологи в Москве

Пульмонологи в Москве

vse-zabolevaniya.ru

Эозинофильный бронхит - симптомы, признаки и медикаментозное лечение

Термин «эозинофильный бронхит» и его отличие от бронхиальной астмы было впервые описано в 1989 году. Сейчас его выделяют в отдельный тип бронхита, который характеризуется своими особенностями течения и симптоматикой.

Содержание статьи

Эпидемиология

фото 1

Конкретных данных о широте распространения эозинофильного бронхита нет. Однако некоторые клинические исследования выявили, что даже у некурящих пациентов причиной хронического кашля становится этот тип бронхита в 13 % случаев. Считается, что это заболевание диагностируется реже, чем встречается в реальности.

Причины

Фото 2

Эозинофильный бронхит – это не просто хронический кашель. Отличительной особенностью заболевания является наличие эозинофильного инфильтрата в воспаленной слизистой дыхательных путей. Причины попадания эозинофилов в очаг до конца  не известны. Одна из версий предполагает эндогенные причины, которые сложно поддаются определению.

Повышенная респираторная чувствительность к какому-либо веществу редко выступает причиной эозинофильного бронхита. Тем более, что в периферической крови эозинофильные клетки обнаруживаются далеко не всегда.

Кроме этого, увеличивать вероятность такого типа воспаления могут факторы, которые провоцируют и другие виды кашля:

  1. Инфекции.
  2. Загрязненный воздух.
  3. Курение.

Более подвержен эозинофильному бронхиту женский пол и люди, которые по профессии длительное время контактируют с пылью или токсическими веществами.

Симптоматика

Фото 3

При эозинофильном бронхите наблюдается:

  1. Длительный кашель и сухие хрипы, при которых мокрота отсутствует или выделяется в незначительном количестве.
  2. Отсутствие признаков бронхообструкции.
  3. Повышенное количество эозинофилов в цитологии мокроты.
  4. Количество тучных клеток в дыхательных путях у больных эозинофильным бронхитом увеличивается.

Диагностика

Фото 4

Заподозрить такой тип бронхита можно по затяжному кашлю. Характер кашля – сухой, при этом объективные причины его появления отсутствуют.

В диагностике важно отличить эозинофильный бронхит от бронхиальной астмы, которая имеет схожие симптомы. Дифференциальными признаками эозинофильного бронхита являются:

  1. Отсутствие бронхообструкции
  2. Неэффективность препаратов группы бронхолитиков.
  3. Содержание эозинофилов в мокроте более 3%.

Основа лечения

Фото 5

Основное место занимает противовоспалительная терапия. Чтобы добиться необходимого результата, используют кортикостероидные гормоны в форме ингаляций. Попадая в дыхательные пути, препараты оказывают только местное действие и не вызывают системных побочных эффектов.

Применение глюкокортикостероидов помогает не только быстро избавиться от симптомов, но и убрать главный фактор – эозинофилов. После приема лекарств концентрация этих клеток значительно снижается.

Так как заболевание еще изучено недостаточно, методика лечения может корректироваться. Согласно рекомендациям экспертов, нужно использовать средние дозы кортикостероидных гормонов на начальном этапе лечения и менять их, в зависимости от результата. Критериями эффективности можно считать избавление пациента от кашля, уменьшение симптомом и снижение концентрации эозинофилов в мокроте.

Продолжительность лечения составляет 1-2 месяца. Одним из эффективных действующих веществ для лечения эозинофильного бронхита считается будесонид, на основе которого выпускаются такие препараты, как:

  1. Пульмикорт.
  2. Будекорт.
  3. Будесонид.
  4. Апулеин.

Добившись снижения концентрации эозинофилов, можно избавиться от кашля, вызванного эозинофильным бронхитом. Однако сложность состоит в том, что заболевание часто рецидивирует или трансформируется в такие состояния, как бронхиальная астма или обструктивная болезнь легких.

Методика лечения также должна быть направлена на устранение провоцирующих факторов – отказ от курения, смена места работы и другое.

Медикаментозная терапия

Фото 6

Из лекарственных средств для лечения эозинофильного воспаления могут применяться:

  1. Кортикостероидные гормоны.
  2. Антибиотики (при инфекционной этиологии). Лучшие антибиотики при бронхите у взрослых – Азитромицин, Амоксиклав.
  3. Бронходилататоры (при наличии бронхоспазма).
  4. Блокаторы h2-гистаминовых рецепторов (препарат Эреспал).
  5. Муколитики или отхаркивающие средства (в период обострения и повышенной секреции бронхиальной слизи).

Кроме лечения аптечными препаратами, пациент должен скорректировать свой образ жизни – правильно питаться, часто бывать на свежем воздухе, бросить курить.

Профилактика обострений

Фото 7

Никакие лекарства от бронхита и кашля не могут уберечь от рецидива, если не устранен провоцирующий фактор. Если проблема в иммунитете, пациенту рекомендуется прием иммуностимуляторов и витаминов, курс которых повторяют два раза в год. При воздействии неблагоприятных условий внешней среды, нужно принять меры для смены обстановки.

Влажный и прохладный воздух считается идеальным условием для поддержания здоровья дыхательных путей. Обеспечить его дома можно с помощью увлажнителя. Очень полезны прогулки после дождя или в вечернее время.

Травы отхаркивающие и выводящие мокроту также могут считаться полноценным лекарством от хронического кашля. При регулярном приеме они мягко, но эффективно очистят дыхательные пути, снимут воспаление и восстановят здоровье слизистой.

Причины хронического кашля

Фото 8

Хроническим считается кашель, который длится несколько месяцев. При этом, выраженность симптома стирается, поэтому многие пациенты не уделяют должного внимания лечению. Перейти в хроническую форму респираторные заболевания могут по следующим причинам:

  1. Постоянное воздействие раздражителя.
  2. Сниженный иммунитет.
  3. Прерванный курс лечения острой формы заболевания.
  4. Деструктивные изменения бронхиальной слизистой, которые могут быть индивидуальной особенностью или осложнением предыдущих инфекций.

Ежедневно заботиться о своем здоровье и поддерживать правильный образ жизни достаточно трудно. Однако это поможет уберечь себя от более серьезных проблем в будущем и повысить собственные защитные силы организма без приема лекарственных препаратов.

Вконтакте

Facebook

Twitter

Google+

bronhit.guru

Реслизумаб в лечении больных тяжелой бронхиальной астмой эозинофильного фенотипа | Ненашева

1. Bousqet J., Mantzouranis E., Cruz A.A. et al. Uniform definition of asthma severity, control and exacerbations: document presented for the World Health Organization Consultation on Severe Asthma. J. Allergy Clin. Immunol. 2010; 126 (5): 926–938. DOI: 10.1016/j.jaci.2010.07.019.

2. Global Strategy for Asthma Management and Prevention, Global Initiative for Asthma (GINA) 2017. Available from: http://www.ginasthma.org

3. Архипов В.В., Григорьева Е.В., Гавришина Е.В. Контроль над бронхиальной астмой в России: результаты многоцентрового наблюдательного исследования НИКА. Пульмонология. 2011; (6): 87–93. DOI: 10.18093/0869-0189-2011-0-6-87-93.

4. Schleich F., Brusselle G., Louis R. et al. Heterogeneity of phenotypes in severe asthmatics. The Belgian Severe Asthma Registry (BSAR). Respir. Med. 2014; 108 (12): 1723–1732. DOI: 10.1016/j.rmed.2014.10.007.

5. Bousquet J., Chanez P., Lacoste J. et al. Eosinophilic inflammation in asthma. N. Engl. J. Med. 1990; 323 (15): 1033–1039. DOI: 10.1056/NEJM199010113231505.

6. Miranda C., Busacker A., Balzar S. et al. Distinguishing severe asthma phenotypes: role of age at onset and eosinophilic inflammation. J. Allergy Clin. Immunol. 2004; 113 (1): 101–108. DOI: 10.1016/j.jaci.2003.10.041.

7. Kupczyk M., ten Brinke A., Sterk P.J. et al. Frequent exacerbators – a distinct phenotype of severe asthma. Clin. Exp. Allergy. 2014; 44 (2): 212–221. DOI: 10.1111/cea.12179.

8. Hastie A., Moore W.C., Meyers D.A. et al. Analyses of asthma severity phenotypes and inflammatory proteins in subjects stratified by sputum granulocytes. J. Allergy Clin. Immunol. 2010; 125 (5): 1028–1036.e13. DOI: 10.1016/j.jaci.2010.02.008.

9. Tran T.N., Khatry D.B., Ke X. et al. High blood eosinophil count is associated with more frequent asthma attacks in asthma patients. Ann. Allergy Asthma Immunol. 2014; 113 (1): 19–24. DOI: 10.1016/j.anai.2014.04.011.

10. Malinovschi A. Exhaled nitric oxide levels and blood eosinophil counts. J. Allergy Clin. Immunol. 2013; 132 (4): 821–827.e1-5. DOI: 10.1016/j.jaci.2013.06.007.

11. Walford H.H., Doherty T.A. Diagnosis and management of eosinophilic asthma: a US perspective. J. Asthma Allergy. 2014; 7: 53–65. DOI: 10.2147/JAA.S39119.

12. Nutman T.B. Evaluation and differential diagnosis of marked, persistent eosinophilia. Immunol. Allergy Clin. North Am. 2007; 27 (3): 529–549. DOI: 10.1016/j.iac.2007.07.008.

13. Buhl R., Humbert M., Bjermer L. et al. Severe eosinophilic asthma: a roadmap to consensus. Eur. Respir. J. 2017; 49: 1700634. DOI: 10.1183/13993003.00634-2017.

14. Castro M., Zangrilli J., Wechsler M.E. et al. Reslizumab for inadequately controlled asthma with elevated blood eosinophil counts: results from two multicentre, parallel, double-blind, randomised, placebo-controlled, phase 3 trials. Lancet Respir. Med. 2015; 3 (5): 355–366. DOI: 10.1016/S2213-2600(15)00042-9.

15. Haldar P., Pavord I.D., Shaw D.E. et al. Cluster analysis and clinical asthma phenotypes. Am. J. Respir. Crit. Care Med. 2008; 178 (3): 218–224. DOI: 10.1164/rccm.200711-1754OC.

16. de Groot J.C., Storm H., Amelink M. et al. Clinical profile of patients with adult-onset eosinophilic asthma. ERJ Open Res. 2016; 2 (2): 00100–2015. DOI: 10.1183/23120541.00100-2015.

17. Chung K.F. Asthma phenotyping: a necessity for improved therapeutic precision and new targeted therapies. J. Intern. Med. 2016; 279 (2): 192–204. DOI: 10.1111/joim.12382.

18. Ненашева Н.М. Биологическая терапия бронхиальной астмы: настоящее и будущее. Consilium Medicum. 2016; 18 (11): 30–38.

19. Locksley R.M. Asthma and allergic inflammation. Cell. 2010; 140 (6): 777–783. DOI: 10.1016/j.cell.2010.03.004.

20. Li B.W., Hendriks R.W. Group 2 innate lymphoid cells in lung inflammation. Immunology. 2013; 140 (3): 281–287. DOI: 10.1111/imm.12153.

21. Lambrecht B.N., Hammad H. The immunology of asthma. Nat. Immunol. 2015; 16: 45–56. DOI:10.1038/ni.3049.

22. Pelaia G., Vatrella A., Busceti M.T. et al. Cellular mechanisms underlying eosinophilic and neutrophilic airway inflammation in asthma. Mediators Inflamm. 2015; 2015: 879783. DOI: 10.1155/2015/879783.

23. Brusselle G.G., Maes T., Bracke K.R. Eosinophils in the spotlight: Eosinophilic airway inflammation in nonallergic asthma. Nat. Med. 2013; 19 (8): 977–979. DOI: 10.1038/nm.3300.

24. Rosenberg H.F., Dyer K.D., Foster P.S. Eosinophils: changing perspectives in health and disease. Nat. Rev. Immunol. 2013; 13 (1): 9–22. DOI: 10.1038/nri3341.

25. Louis R., Sele J., Henket M. et al. Sputum eosinophil count in a large population of patients with mild to moderate steroid-naive asthma: distribution and relationship with methacholine bronchial hyperresponsiveness. Allergy. 2002; 57 (10): 907–912.

26. Janeway C.A. Jr, Travers P., Walport M. et al. Immunobiology: The Immune System in Health and Disease. New York: Garland Science; 2001.

27. Walsh G.M. Profile of reslizumab in eosinophilic disease and its potential in the treatment of poorly controlled eosinophilic asthma. Biologics. 2013; 7: 7–11. DOI: 10.2147/BTT.S30133.

28. Rothenberg M.E., Hogan S.P. The eosinophil. Ann. Rev. Immunol. 2006; 24: 147–174. DOI: 10.1146/annurev.immunol.24.021605.090720.

29. Zhang J., Kuvelkar R., Murgolo N.J. et al. Mapping and characterization of the epitope(s) of Sch 55700, a humanized mAb, that inhibits human IL-5. Int. Immunol. 1999; 11 (12): 1935–1944. DOI: 10.1093/intimm/11.12.1935.

30. Busse W.W., Lemanske R.F. Jr. Asthma. N. Engl. J. Med. 2001; 344 (5): 350–362. DOI: 10.1056/NEJM200102013440507.

31. Fanat A.I., Thomson J.V., Radford K. et al. Human airway smooth muscle promotes eosinophil differentiation. Clin. Exp. Allergy. 2009; 39 (7): 1009–1017. DOI: 10.1111/j.1365-2222.2009.03246.x.

32. Egan R.W., Athwal D., Bodmer M.W. et al. Effect of Sch 55700, a humanized monoclonal antibody to human interleukin-5, on eosinophilic responses and bronchial hyperreactivity. Arzneimittelforschung. 1999; 49 (9): 779–790. DOI: 10.1055/s-0031-1300502.

33. Castro M., Mathur S., Hargreave F. et al. Reslizumab for poorly controlled, eosinophilic asthma: a randomized, placebo-controlled study. Am. J. Respir. Crit. Care Med. 2011; 184 (10): 1125–1132. DOI: 10.1164/rccm.201103-0396OC.

34. Bjermer L., Lemiere C., Maspero J. et al. A randomized phase 3 study of the efficacy and safety of reslizumab in subjects with asthma with elevated eosinophils. Eur. Respir. J. 2014; 44 (Suppl. 58): 299.

35. Brusselle G., Germinaro M., Weiss S., Zangrilli J. Reslizumab in patients with inadequately controlled late-onset asthma and elevated blood eosinophils. Pulm. Pharmacol. Ther. 2017; 43: 39–45. DOI: 10.1016/j.pupt.2017.01.011.

36. Ahmad A.l., Obaidi A.H., Mohamed A.l. et al. The predictive value of IgE as biomarker in asthma. J. Asthma. 2008; 45 (8): 654–663. DOI: 10.1080/02770900802126958.

37. Sandeep T., Roopakala M.S., Silvia C.R. et al. Evaluation of serum immunoglobulin E levels in bronchial asthma. Lung India. 2010; 27 (3): 138–140. DOI: 10.4103/0970-2113.68312.

38. Korn S., Haasler I., Fliedner F. et al. Monitoring free serum IgE in severe asthma patients treated with omalizumab. Respir. Med. 2012; 106 (11): 1494–1500. DOI: 10.1016/j.rmed.2012.07.010.

39. Davila I., Valero A., Entrenas L.M. et al. Relationship between serum total IgE and disease severity in patients with allergic asthma in Spain. J. Invest. Allergol. Clin. Immunol. 2015; 25 (2): 120–127.

40. Сергеева Г.Р., Емельянов А.В. Коровина О.В. и др. Тяжелая бронхиальная астма: характеристика пациентов в клинической практике. Терапевтический архив. 2015; 12: 22–27.

journal.pulmonology.ru

Бронхиальная астма

Глава II. Иммунологические критерии тяжести бронхиальной астмы

1. Иммунологическая модель бронхиальной астмы

Прямыми доказательствами воспалительной теории бронхиальной астмы являются данные, полученные с помощью нескольких методик: исследование аутопсийного материала больных, умерших от бронхиальной астмы, биопсийного материала бронхов, а также исследование бронхиальных смывов и жидкости бронхоальвеолярного лаважа. Они показали, что во всех случаях, даже у больных легкой бронхиальной астмой, выявляются, описанные выше, элементы воспаления бронхиального дерева.

При этом было установлено, что степень деструкции мерцательного реснитчатого эпителия, количество дегранулировавших эозинофилов и концентрация биологически активных веществ (гистамина, простагландина F2-альфа, лейкотриенов С4 и D4, эозинофильного катионного белка, большого щелочного белка и некоторых других) соответствуют тяжести клинических проявлений и функциональным изменениям у больных бронхиальной астмой [239, 261, 279]. Степень активности участников воспаления сильно варьирует, что определяет клиническую картину каждого конкретного случая заболевания.

Современные взгляды на механизмы воспалительной реакции и формирования бронхиальной обструкции суммирует схема патогенеза заболевания, представленная на рисунке 1 (схема скопирована из Доклада о Международном Симпозиуме, Осло, март 1992).

Новые данные о воспалительных изменениях бронхов при астме позволяют считать, что спазмы гладкой мускулатуры бронхов, вызывающие удушье, являются следствием влияния биологически активных веществ, высвобождающихся из воспалительных клеток. Биологическая роль эозинофильных цитотоксических факторов - эозинофильного катионного белка, большого щелочного белка, эозинофильного белка Х и эозинофильной пероксидазы, а также ряда других - заключается в повреждении, прежде всего, реснитчатого эпителия дыхательных путей и базальной мембраны, что обнажает субэпителиальные структуры, рецепторы нервных окончаний, способствует Рис. 3. Воспалительные механизмы бронхиальной обструкции при астме [288]

прогрессирующей воспалительной реакции, инфильтрации слизистой оболочки воспалительными клетками, приводит к утолщению и редупликации базальной мембраны, отеку слизистой оболочки и пропотеванию тканевой жидкости в просвет бронха.

Участие агрессивных факторов эозинофилов определяет формирование гиперреактивности бронхов в позднюю фазу аллергической реакции [264]. Поэтому приходится признать ведущую роль эозинофилов - клеток разрушителей и главных виновных клеток воспаления при бронхиальной астме [57, 233, 239, 244, 245, 261, 291, 292, 294]. Эти данные несколько противоречат прежним представлениям о защитной функции фeрментов этих клеток (арилсульфатаза и гистаминаза) при аллергических заболеваниях [2, 151, 236]. В тоже время, увеличение количества эозинофилов в периферической крови и ранее связывали с тяжестью бронхиальной астмы [294].

Недавно было показано, что в случаях тяжелой астмы выявляются активированные эозинофилы с признаками дегрануляции. Результаты проведенных исследований указывают на значение большого щелочного белка, высвобождаемого эозинофилами, как главного виновника деструкции эпителия бронхов. Доказана корреляционная взаимосвязь концентрации этого фактора в бронхоальвеолярной жидкости и величины гиперчувствительности бронхов к неспецифическим стимулам [239]. Подобная зависимость динамики максимального потока выдоха от содержания эозинофильного катионного белка в сыворотке крови (коэффициент корреляции r=-0.433, p

Здесь проявляется отличие бактериального воспаления, направленного на элиминацию возбудителя из организма человека, где активная роль принадлежит нейтрофилам - воинам экссудативной фазы воспалительного процесса. При бронхиальной астме главной клеткой воспалительного процесса чаще всего является эозинофил. Его медиаторы разрушают структуры стенки бронха и вызывают воспалительный ответ в области поврежденных тканей.

В настоящее время уже сделаны попытки установить причину столь необычного поведения эозинофилов у больных бронхиальной астмой. Почему у определенных людей или в определенных условиях воспалительная реакция протекает не с преобладанием нейтрофилов и макрофагов, а при активации эозинофилов? Где лежат причины активации эозинофилов и тучных клеток, которые играют роль блокаторов дыхательных путей при участии выделяемых ими медиаторов?

Ответы на поставленные вопросы раскрывает теория организации воспалительного ответа - как модели кооперации иммунокомпетентных клеток. Центральной фигурой иммунной реакции является лимфоцит - "дирижер оркестра клеточных реакций в воспалительном ответе". Но, как будет показано ниже, воспаление при астме очень коварно, потому, что некоторые другие клетки, такие как базофилы и тучные клетки пытаются "сыграть свою партию", отчего общая ситуация становиться мало управляемой, хаотичной и непредсказуемой.

Рис. 4. Формирование различных вариантов воспалительной реакции под влиянием антигенов (аллергенов) в зависимости от участия дополнительных факторов

Под "иммунологической моделью бронхиальной астмы" понимают определенное состояние системы иммунитета, при котором воспаление бронхиального дерева становится причиной этого заболевания. Такое состояние определяется закономерностями межклеточной иммунокооперации.

Традиционная роль Т-лимфоцита-регулировщика (Т-хелпера-индуктора) заключается в восприятии информации о попавшем в организм чужеродном веществе-антигене в комплексе с необходимым стимулирующим медиатором - интерлейкином-1 от макрофага (или другой антигенпрезентирующей клетки). После определения таких сигналов Т-хелпер-индуктор в свою очередь передает инструкции В-лимфоцитам о начале синтеза антител для агрегации чужеродных агентов, опсонизации и поглощения их фагоцитирующими клетками с последующей элиминацией из организма. Сигналами Т-лимфоцита в этом случае выступают другие интерлейкины - 2, 4, 5, 6 типов (ИЛ-2, ИЛ-4, ИЛ-5, ИЛ-6).

Рис. 5. Модель межклеточной кооперации в иммунном ответе

Представленная схема участия иммунокомпетентных клеток в ответной реакции организма на чужеродный агент очень упрощена и не охватывает всего сложного комплекса событий действия клеток и их растворимых факторов. Но она отражает самые главные, центральные механизмы. Как было установлено, именно в этом звене иммунного ответа у больных аллергическими заболеваниями возникают нарушения. В организме человека присутствуют Т-лимфоциты, выполняющие разные функции. Оказалось, что так называемые Т-хелперы 2-го типа (Тх-2) способны выделять иной спектр интерлейкинов в отличие от Т-хелперов 1-го типа (Тх-1). Интерлейкины способны управлять другими иммунокомпетентными клетками, поэтому у больных бронхиальной астмой под влиянием интерлейкина-4 наблюдается синтез иммуноглобулина класса Е, а действие интерлейкинов 3 и 5 способствует образованию эозинофилов в костном мозге, выходу их в циркуляцию, устойчивости их по отношению к повреждающим факторам и повышению их активности. Следовательно, вместо стимуляции синтеза защитных классов иммуноглобулинов (M, G, A) у больных аллергическими заболеваниями Т-хелперы определяют синтез иммуноглобулина E и стимулируют эозинофилы [243].

Концепция патогенеза бронхиальной астмы предусматривает содружество двух типов аллергических реакций: немедленного типа и отсроченной или поздней фазы аллергической реакции, связанной с воспалением [250]. Немедленная аллергическая реакция развивается по традиционным представлениям - в результате взаимодействия виновного аллергена с иммуноглобулином класса E на поверхности тучных клеток и базофилов, следствием которого является высвобождение гистамина, медленно реагирующей субстанции и других биологически активных веществ (Рис.1). Второй тип аллергической реакции развивается по законам аллергического воспаления, которое предусматривает участие большого спектра медиаторов и клеточных элементов в формировании бронхиальной обструкции (Рис. 2).

Роль активных лимфоцитов при астме имеет определяющее значение. В дыхательных путях больных астмой отмечается повышенное содержание Т-лимфоцитов в активной форме. Они высвобождают цитокины, которые являются важными медиаторами хронического воспаления и оказывают влияние на природу воспалительного ответа [245, 269, 270]. В сообщении M.Ricci на Международном Конгрессе Интерасма'93 [282] подробно изложены факты участия Т-лимфоцитов в организации межклеточного взаимодействия (Рис. 6).

Известно, что атопическая и инфекционно-зависимая формы бронхиальной астмы сопровождаются активацией различных субпопуляций Т-лимфоцитов. Атопическая реакция обусловлена иммунологическими механизмами 1 типа аллергических реакций по классификации Gell и Coombs (1975). Считается, что стимуляция синтеза иммуноглобулина класса E связана с влиянием Т-хелперов 2-го типа (Т4+), продуцирующих интерлейкины 4, 3 и 5 типов. Роль интерлейкина 4 в стимуляции синтеза иммуноглобулина E у больных атопической астмой была доказана в работах многих ученых [77, 272, 274, 290, 297, 299]. Содержание другого маркера активации лимфоцитов - растворимого клеточного маркера CD23 в сыворотке крови имеет корреляционную взаимосвязь с уровнем эозинофильного катионного белка. Аналогичные данные были получены при изучении взаимосвязи содержания иммуноглобулина E и эозинофильного катионного белка в сыворотке крови [246, 252, 257, 259, 269, 272, 280, 285, 295].

У больных с внутренней и профессиональной астмой регулирующей функцией обладают цитотоксические Т8+ лимфоциты, продуцирующие спектр интерлейкинов 2, 3 и 5 типов. Считается, что интерлейкин 5 может служить цитокином, ответственным за селективную активацию эозинофилов при аллергических заболеваниях. Влияние интерлейкина 5 заключается в усилении функциональной активности зрелых клеток, поддержании их жизнеспособности, индукции образования супероксиданиона и стимуляции хемотаксиса эозинофилов, а также в избирательной стимуляции и дифференцировке костномозговых предшественников эозинофилов. Стимуляция костномозговых предшественников эозинофилов происходит также под действием интерлейкинов 1 и 3 [77].

В процессе воспалительной аллергической реакции Тx2-подобную активность могут приобретать другие клетки - базофилы и тучные клетки с высвобождением интерлейкинов 4, 3 и 5 [250, 275].

На значение Т-лимфоцитов при астме указывает мнение, что они являются одними из главных мишеней действия ингаляционной кортикостероидной терапии.

Конечно, особенности реагирования Т-лимфоцитов при бронхиальной астме не могут полностью объяснить патогенез заболевания, это только один из предрасполагающих факторов, но нарушения в иммунном ответе у больных бронхиальной астмой не вызывают сомнения. Описанная иммунологическая модель бронхиальной астмы объясняет почему воспаление и участие эозинофилов одинаково выражено проявляется как при экзогенной (атопической) природе заболевания, так и при эндогенной форме.

Макрофаги также являются активными клетками, индуцирующими воспаление при астме. Они способны высвобождать широкий ряд медиаторов, включая простагландины, лейкотриены, кислородные радикалы и цитокины (интерлейкин-1, интерлейкин-8, компонент комплемента С5а, фактор некроза опухоли и другие), которые могут оказывать существенное влияние на природу

Рис. 6. Роль Т-лимфоцитов-регулировщиков в организации воспаления при бронхиальной астме [282]

воспалительного ответа. Известно, что их действие угнетается глюкокортикоидами и не зависит от В2-агонистов [151, 270, 281].

В патогенезе воспалительной реакции при астме принимают участие нейтрофилы и тромбоциты [183, 239, 249, 264, 266, 298]. Их участие тесным образом связано с активацией перекисного окисления липидов и метаболитов арахидоновой кислоты [4, 5, 14, 115, 146, 258, 289].

У некоторых больных бронхиальной астмой нейтрофилы выявляются в значительно повышенном количестве среди инфильтрирующих бронхи клеток. Они также, как эозинофилы, активно генерируют кислородные радикалы в зоне воспаления. Разрушительной активностью обладают ферменты, содержащиеся в гранулах нейтрофилов - катепсин G, рибонуклеаза, трипсин, эластаза и другие. Активатором нейтрофилов считают Т-лимфоциты, которые синтезируют и высвобождают гранулоцитарный макрофагальный колонии стимулирующий фактор, интерлейкин-8, фактор ингибирующий миграцию лейкоцитов, нейтрофильный хемотаксический фактор. Возможно, что роль нейтрофилов не ограничивается только повреждающей функцией. Они включаются в сложные межклеточные кооперации, тесно взаимосвязаны с эозинофилами и тромбоцитами, привлекая последние в очаг воспаления и активируя их функцию. Особой активностью обладает фактор, активирующий тромбоциты. Он не только стимулирует адгезию и агрегацию тромбоцитов и высвобождение содержимого их гранул, но самостоятельно может усиливать сосудистую проницаемость и вызывать спазмы гладкой мускулатуры бронхов. Возникающие при этом стаз крови в капилярах и венулах, тромбоцитарные пробки, обнажение субэндотелиальных структур определяют активацию системы гемостаза и блокаду местной микроциркуляции.

Большое значение в генерации бронхоспастических реакций имеют продукты обмена арахидоновой кислоты - простагландины и лейкотриены. Причем, ингаляции лейкотриенов С4 и D4 вызывают нарушение бронхиальной проходимости в гораздо меньших концентрациях, чем гистамин и метахолин. Их концентрация, вызывающая бронхоспазм, зависит от реакции бронхов на метахолин [239]. Простагландины и лейкотриены, участвующие в воспалении при астме образуются как эозинофилами, так и другими: тучными клетками, макрофагами, нейтрофилами и другими [14, 151, 270, 275].

Участие нервной системы в воспалении может быть опосредовано усилением эфферентной иннервации, действием медиаторов нехолинэргической неадренэргической нервной системы, по механизму "аксон рефлекса" или реакцией ЦНС, где происходит синтез интерлейкина-1, фактора, активирующего тромбоциты и фактора некроза опухоли. Показана также способность интерлейкина-1 проникать через гематоэнцефалический барьер и влиять на активность нервных клеток через специализированные рецепторы [183, 233].

В зависимости от причины и действующих факторов клеточной и гуморальной природы в развитии воспаления дыхательных путей описано несколько его вариантов, среди которых можно выделить аллергический, инфекционный, метаболический, токсический, связанный с действием биологически активных веществ, высвобождаемых тучными клетками под влиянием неспецифических стимулов, а также "нейрогенное воспаление". Основные различия между вариантами связаны со значением провоцирующих факторов и соотношением воспалительных клеток и медиаторов [183, 233, 243, 247, 282]. Вместе с тем, проблема зависимости клинической картины заболевания и выбора терапевтической тактики от ведущих факторов патогенеза остается актуальной. Интерес вызывает дальнейшее развитие учения о дифференцированном лечении с учетом клинических и патогенетических особенностей заболевания [25, 183, 187, 188, 189, 191].

Главными клинико-патогенетическими вариантами бронхиальной астмы являются атопический и инфекционно-зависимый. Многие авторы выделяют особо астму физического усилия и "аспириновую" астму. В механизмах развития последней принимают участие нарушения обмена арахидоновой кислоты. Причинами клинических проявлений "аспириновой" астмы могут быть циклооксигеназингибирующие и протеинсвязывающие свойства анальгезирующих средств, а также иммуноглобулин E - опосредованная реакция на салицилаты [42, 151, 216, 251, 277,298].

Некоторые особенности патогенетических механизмов, клиники и рациональной терапии выявлены у гормонозависимых пациентов, а именно, увеличение кортизолрезистентной фракции лимфоцитов, изменение микробного пейзажа слизистой бронхов, требующие соответствующей терапевтической коррекции и особой тактики лечения в период обострения заболевания [6, 74, 88, 177, 190, 262].

Большой интерес представляют работы, посвященные изучению механизмов формирования бронхиальной гиперчувствительности на неспецифические стимулы при бронхиальной астме. Долгое время гиперчувствительность считали кардинальным признаком бронхиальной астмы, формирующимся в результате генетической предрасположенности, атопической реакции на неспецифические аллергены или в результате реакции на инфекционные агенты [192]. В период формирования представлений об астме как о воспалительном заболевании было доказано, что гиперчувствительность бронхов является следствием воспалительного процесса и возникает под влиянием биологически активных веществ, продуцируемых воспалительными клетками [239, 282]. Однако, доказана была и возможность развития воспаления бронхов в результате стимуляции метахолином и другими стимулами [247]. Тем не менее, взаимосвязь воспаления бронхов и их повышенной чуствительности к раздражителям не вызывает сомнения.

Таким образом, в настоящее время полностью доказана роль воспаления в формировании основных клинических проявлений у больных бронхиальной астмой. Причина его хронического течения определяется условиями организации и функционирования сложного ансамбля взаимодействующих клеток: лимфоцитов, нейтрофилов, эозинофилов, тучных клеток, базофилов, тромбоцитов, эндотелиоцитов, нервных клеток, и не исключено, что участники начинают выполнять несвойственные им в норме функции все более и более стимулируя друг друга к проявлению активности. Обнаружены корреляционные зависимости факторов воспалительной реакции с уровнем бронхиальной обструкции. Достаточно подробно изучены механизмы формирования аллергической реакции, включая отсроченный тип реакции с участием эозинофилов, тучных клеток, лимфоцитов и других клеточных элементов, а также высвобождаемых ими растворимых факторов, что представляет отличительную особенность воспаления при астме. Доктор P.J.Barnes дал меткое определение такой ситуации - "mediator soup" (медиаторный бульон), подчеркивая перспективы к поиску новых антимедиаторных средств, нацеленных на "тушение пожара" особого вида воспалительного процесса при астме. Кооперация клеток и их растворимых факторов в воспалительной реакции бронхов при астме отражена на рисунке 2 (схема из доклада доктора P.J.Barnes скопирована из Доклада Симпозиума по проблемам бронхиальной астмы, состоявшегося в Осло в марте 1992 года [267]).

Рис. 7. Механизмы кооперации клеточных и растворимых факторов при бронхиальной астме [241]

mognovse.ru


Смотрите также